Несмотря на протесты общественности, в нарушение норм закона строительная фирма снесла Дом Лапина, построенный в 1840 году.

Как сообщает тг-канал SOS СПб СНОС, в отношении этого здания сейчас в КГИОПе рассматривается заявление о выявлении в качестве памятника архитектуры. Снос такого строения запрещен законом ФЗ-73 - это уголовное преступление! Однако же строители из фирмы Seltl group просто наплевали на этот запрет при попустительстве местных властей. Место сноса посетил наш корреспондент, вот его впечатления:

«Стою на Рижском проспекте, а в горле комок. Не от мороза — от бессилия. Прямо здесь, на глазах у всего города, по кирпичику разбирают историю. Дом Лапина, которому без малого двести лет, местами коряво прикрыт строительной сеткой, а из-за забора доносится скрежет и грохот. И самое чудовищное, что всё это — на грани закона, в какой-то серой зоне.Процедура по признанию дома памятником ещё идёт. Казалось бы, стоп-кран! Ан нет. Работы начали аккурат в выходные, когда кабинеты пусты, и сейчас не останавливаются. У застройщика, видимо, свои аргументы — будущий жилой комплекс. А у города, похоже, свои — молчаливое согласие.Местные жители, те, кто живёт в соседних домах, в ужасе. Они говорят, что в их стенах уже поползли трещины. Они боятся за свои квартиры. А когда попытались вступиться, их… облили водой. В декабре. В минус. Слышишь такое, и не веришь, будто речь о каком-то диком прошлом веке, а не о нашем с вами Петербурге.У забора охранник — человек в дорожной форме, строгий и отстранённый. Спрашиваю его про активистов. «Бывают, — буркнул он. — Но я первый день, ничего не знаю». Он просто стоит на посту. Охраняет дыру в нашем общем прошлом. Никто ничего «не знает», никто «не в курсе», а дом между тем неумолимо исчезает.

Борьба за этот дом длится годами. Были и суды, и даже вмешательство следствия, которое на время заморозило снос. Но вот машина снова запущена. И кажется, что у неё один аргумент — физическое присутствие. Бульдозеры здесь, они работают, это реальность. А бумаги, заявления, просьбы о проверке — это что эфемерное.И стоит этот дом, вернее, то, что от него осталось, как укор. Напоминание о том, как легко мы позволяем стирать память места. Как тихо и буднично, под шум техники, можно лишить город ещё одной частички его души. После таких историй город становится не богаче, а беднее. Даже если на этом месте вырастет что-то новое и блестящее, под ним всегда будет пустота — яма, в которую ушла наша общая история. И холод от этой пустоты чувствуется куда сильнее, чем от декабрьского ветра».