Массовая вырубка с сомнительными основаниями с точки зрения закона... Сегодня на тридцати пяти с половиной гектарах в посёлке Белоостров, что вплотную примыкает к заказнику «Сестрорецкое болото», вместо мшистых кочек, вересковых кустарников и сухих коряг, служивших домом для краснокнижных птиц и прочей живности, зияет пустырь с пеньками от почти десяти тысяч деревьев.

За возможность превратить лес в промышленную площадку акционерное общество «АБЗ-1» аккуратно перечислило в городскую казну так называемую восстановительную стоимость — шестьдесят миллионов рублей, оформив порубочный билет за номером 1-38-25/583 ещё в ноябре позапрошлого года.

Никакого разрешения на строительство у завода при этом нет, однако первый этап работ по «зачистке» местности уже идёт полным ходом, а власти города с прокуратурой хранят многозначительное молчание, словно бы речь идёт о сущей мелочи, а не об уничтожении целого куска живой природы вместе с ансамблем ДОТов Карельского укрепрайона, который теперь торчит посреди стройки, как неуместный памятник чужой памяти.А ведь в конце девяностых годов прошлого века эти самые болота в окрестностях Сестрорецка ещё показывали зарубежным гостям как драгоценный уголок нетронутой природы Ленинградской области, а не как санитарную зону перед будущим асфальтобетонным производством. Об этом нам рассказал неравнодушный местный житель по имени Владимир, работавший в те годы ведущим специалистом в Управлении садово-паркового хозяйства при администрации Петербурга. Он курировал строительство первой очереди Парка трёхсотлетия и по дружбе своего начальника Германа Васильевича с японским консулом господином Мориидзуми оказался втянут в организацию выставки икебаны. Супруга консула, госпожа Мориидзуми, нуждалась в природном материале,  и они отправились прямиком на сестрорецкие болота. Тогда ещё они поражали девственной чистотой и тишиной, нарушаемой разве что хлюпаньем воды в дренажных канавах военного времени. Владимир, как человек простой и физически крепкий, собирал мхи, валунчики и причудливо изогнутые сухие ветки. Всё собранное богатство, включая множество сухих коряг, благополучно уехало в город и превратилось в изысканные композиции, которые на вернисаже лицезрел весь цвет петербургской элиты. Но, глядя сегодня на фотографии свежих пней в Белоострове, где вместо дыхания весны теперь планируют дышать битумными испарениями, невольно думаешь, что природа, увы, всегда проигрывает, когда встаёт на пути у бизнеса, и никакие дипломатические восторги прошлого не могут служить ей охранной грамотой.

Единственный государственный деятель, кто воспротивился этой вырубке и пытался помочь - Сергей Михайлович Миронов, лидер «Справедливой России». Он открыто высказал свою позицию по данному вопросу. Писал депутатские запросы и выступил с законодательной инициативой об утверждение охранных зон для заказников регионального значения, коим является в том числе «Сестрорецкое болото».Это важная инициатива, которая может помочь спасти единственный в своем роде заказник. По сути это попытка накинуть законную узду на аппетиты тех, кто привык мерить землю исключительно в кубометрах бетона и тоннах асфальта. Остаётся лишь верить и надеяться, что на этот раз голос здравого смысла и законной защиты природы не утонет в бюрократическом болоте, а услышан будет всеми, от кого зависит, быть или не быть этому единственному в своём роде заказнику. Деньги не помогут дышать, денежными компенсациями решить в природе можно далеко не все.